Духовный опыт, обретенный посредством техник, ведет к полной духовной автономии, радикально противоположной Искуплению — дару любви от Воплотившегося Бога, который принимается с покаянием и смирением. Восточные духовности созвучны пелагианскому волюнтаризму — древней христианской ереси. В них то же самоутверждение — надежда на собственные силы, и они абсолютно противоположны евангельской детскости всецелого упования на Бога.
Пояс Пресвятой Богородицы в Москве, и миллион православных людей, в дождь и холод стоящих в течение многих часов к этой святыне, — действительно Событие и Чудо. Луч милосердия Божия внезапно озарил нашу землю, и стало ясно: жив русский народ. На любой войне враг, все захватив, не захватил ничего, если остается нетронутым нравственное и духовное ядро покоренного народа. Поэтому главная его стратегическая задача — расщепить это ядро, перемолоть зернышко — даже если оно осталось одно — в муку, чтобы оно никогда не дало всходов. Казалось, это уже произошло. Но в великом ноябрьском стоянии родилась надежда.
Свободный выбор совершается на уровне личного сознания. Существует опасность коллективного анонимного общественного мнения, которое утверждается через СМИ, эксплуатируя в этой области реакцию бессознательного. То, что принято за норму массой, в конце концов начинает казаться естественным. Так происходит развод не только с евангельскими заповедями, но со стыдом и совестью. Важно убедить человека в том, что это естественно. А что естественно — не безобразно. Не бойтесь, мы помогаем вам обрести себя. Тонкое язычество маскируется гуманизмом, заботой о человеке, льстящей его естественным наклонностям. Можно начать, например, с некоего культа природы, разумеется, без Христа Бога. Вы хотите восстановить в себе то, что искажено так называемой цивилизацией? Однако, будучи слепыми к узнаванию невидимой красоты за видимой, люди становятся рабами «вещественных начал», по слову апостола Павла (Гал. 4, 9). Сколько вещей, хороших самих по себе, скользя по наклонной, вследствие бессознательного идолопоклонства, доходят до насилия над внутренней свободой. Это может быть учеба, культура, труд, спорт, все, что угодно, — тем, что отрывает нас от самих себя и вовлекает во флирт с «богом века сего» (2 Кор. 4, 4). Все находящееся исключительно в душевной плоскости невольно направляет к самоутверждению, даже к культивированию нарциссизма и даже сатанизма, со всеми вытекающими последствиями.
На сайте «Православие и мир» появился доклад игумена Петра (Мещеринова) «Протопресвитер Александр Шмеман и монашество», прочитанный на международном семинаре «Богословие радости в свете наследия протопресвитера Александра Шмемана».
Прошло 15 лет со дня убиения нового мученика и исповедника — воина Евгения, принявшего смерть за Христа 23 мая 1996 года, в праздник Вознесения Господня, в селении Бамут в Чечне. День смерти его был в день его рождения, когда ему исполнилось 19 лет. Мы слышали уже о других христианских мучениках чеченского плена — о убиенном протоиерее Анатолии, о трех юных солдатах, распятых в Великую Пятницу несколько лет назад, о других мучениках этой войны. И вот теперь — Евгений Родионов. Вся Россия должна бы увидеть, что это ее национальный герой, и это событие должно быть поставлено посередине Церкви, на свещнице, да светит всем в нашем доме.
Своим подвигом исповедничества святой Государь посрамил, во-первых, демократию — «великую ложь нашего времени», по выражению К. П. Победоносцева, когда все определяется большинством голосов, и, в конце концов, теми, кто громче кричит: «Не Его хотим, но Варавву» — не Христа, но антихриста. И, во-вторых, в лице ревнителей конституционной монархии он обличил всякий компромисс с ложью — не менее великую опасность нашего времени.
Мэр Читы Михалев (как оказалось, в шутку) предложил отстреливать бомжей. Почему бы в шутку не предложить сделать мэра бомжом с соответствующей развязкой? Россия ведь непредсказуемая. У нас не зарекаются от тюрьмы, свидетельством чему стал знаменитый узник в этой самой Чите. И от сумы тоже не зарекаются, а сума, между прочим, и есть бомжевание.
18 марта почил в Боге писатель Юрий Михайлович Калинин. Многолетний прихожанин храма свт. Николая в Пыжах, он памятен всем своим благочестием и глубокой церковностью. Еще накануне смерти Юрий Михайлович был храме, на своем привычном месте у солеи.
Подростком Юрий Калинин пережил блокадную зиму 1941-42 гг. Потеряв отца и родственников, с больной матерью он был эвакуирован летом 1942 г. через Ладогу. Этот опыт жизни и смерти раб Божий Юрий осмыслил в своем творчестве как духовный путь в небо, как ответ на вопросы нашего века: века призрачной свободы и истинного тоталитаризма.
Глубоко верующий, истинный христианин, знакомый с заступничеством Божией Матери, Юрий Михайлович Калинин является автором книги "Голос Неба и немота Земли" о Царице Небесной и Ее явлениях страждущему человечеству в XX в.
В знаменитой "Блокадной книге" упоминается некий «рослый, красивый человек», который «просил не называть его имени… Он считал, что в первую очередь погибали физически слабые по здоровью, по возрасту, затем погибали честные, великодушные, не способные примениться к обстановке, где ожесточение и окаменелость души были необходимым условием выживания… Его слова, его крайнее мнение представляют ту противоположную точку зрения, которая существует, хотя, может быть, выраженная не в такой острой форме. …Блокада была крайностью, утверждал он, она была выходом, вернее, выбросом за границы обычной усреднённой житейской сферы, где человек ограничен в своём низком и в своём высоком. Расширилась амплитуда его чувств и поступков, его душевных колебаний между крайностями взлёта к подвигу и падения к низости, бесчеловечности». А теперь назову имя «рослого, красивого человека»: Георгий Калинин. Обнаружил я это случайно, наткнувшись на цитату из рецензируемого сборника в «Блокадной книге»..
Дорогие о Господе Братья и Сестры!
Прошу Вас выразить свой протест против кощунственной выставки во французском городе Авиньоне, где с 12.12.10 до 08.05.11 выставляется богохульная отвратительная картинка американского безумца Андреса Серрано «Piss Christ».
В статье в "Нью-Йорк таймс" от 7 ноября Кругман напоминает слова Ф.Д. Рузвельта: "Мы всегда знали, что бездумное стремление к прибыли – плохая мораль, теперь мы все знаем, что это еще и плохая экономика". Кругман продолжает мысль: "Сейчас мы живем в такое время, когда верно и обратное, и сегодня хорошая мораль – это хорошая экономика. Помогать самым нуждающимся во время кризиса – правильно с нравственной точки зрения, но это еще и самая действенная экономическая политика. Предоставление федеральной помощи местным бюджетам, чтобы они могли содержать основные социальные службы, важно не только для тех, кто в этих службах нуждается. Это еще и способ избежать безработицы и поставить предел экономическому спаду ".
К кому же обращен этот, по всей видимости, нравственный призыв? К новоизбранному президенту США Бараку Обаме, который должен установить этот "режим добра" – не силой только, но и своим нравственным лидерством. То есть лауреат всерьез полагает, что этот черный "белый рыцарь" выступит на стороне простого народа в борьбе с глобальными проблемами, и с акулами мирового капитала, которые в условиях кризиса рвут человечество на куски. И какое отношение к нравственности имеет эта мысленная химера?
Мы можем только вознести благодарение щедрому Богу, что жил на Руси такой святой подвижник, к которому приезжали за советом со всех концов нашей страны, который сопереживал чужим бедам и скорбям, утешая с любовью приходящих к нему, который живо откликался на самые животрепещущие проблемы, волнующие православных верующих в Отечестве нашем. В журнале «Благодатный Огонь» неоднократно приводились мудрые слова о. Иоанна, позволяющие правильно познать путь Церкви в связи со смутами, возникающими как слева, так и справа; слова архимандрита Иоанна указывали истинный церковный путь, следуя которому только и возможно избежать крайностей: реформаторства и обновленчества - с одной стороны и «ревности не по разуму» - с другой. Об опасности этих крайностей, расшатывающих церковный корабль, и предупреждал приснопамятный старец. Напомним некоторые наставления отца Иоанна, которые и сейчас весьма актуальны для взыскующих истинной церковности.
Дурман общественно-политических реформ, охвативший Россию с середины XIX века, действовал не только на студенческую молодежь и либеральную интеллигенцию. Из церковной периодики тех лет можно понять, что идеи модернизма, жажда реформации, перемен достаточно широко распространялись в церковном обществе — и среди мирян, и среди клира, и даже среди части епископата. Интеллигенция после наскучивших ей нигилизма и атеизма решила заняться богоискательством, но категорически не хотела идти в храмы, где молился простой народ и служили «необразованные батюшки» на «непонятном чуждом языке». Шло много разговоров о необходимости «церковного возрождения», «оживления веры» и т.п., и многие видели выход именно в упрощении богослужения, в приспособлении его к расцерковленным мирянам. «Сделайте нам короче, комфортнее и понятнее, а иначе мы покинем Церковь, погрязшую в мертвой букве, бессмысленных и утомительных песнопениях» — вот требование, ничем не отличающееся от установок общества потребителей, тогдашних и, как не трудно убедиться из сравнения, нынешних сторонников церковного обновления.
Достаточно обратиться к тому, что есть сердце жизни Православной Церкви - к Божественной литургии, чтобы понять, что всякие попытки что-либо «улучшить» в ней были бы восприняты православным народом как святотатство. А богослужения Страстной и Светлой седмицы - кто дерзнет изменить в них хотя бы одно слово? Или молитвы ко святому Причащению? Или Утренние наши и на Сон грядущим молитвы? Или Акафист Иисусу Сладчайшему, Пресвятой Богородице и святителю Николаю, напечатанные в наших молитвословах, которыми молятся, не испытывая никаких затруднений, изо дня в день миллионы православных? Одним словом, все, чем живет и дышит доныне верующий православный народ.
Еще в 2000 году московская богословская Комиссия осудила учение священника Г.Кочеткова как неправославное. Но и по сей день о. Георгий не только не отказался от своих еретических взглядов, но и пытается распространять их, причем под видом православного учения.
Игумен Петр (Мещеринов) уже прослыл как выразитель крайних антипатриотических идей, как пламенный борец с «клерикализмом» в Русской Церкви и хитрый противник введения в российские школы, вопреки усилиям всей церковной общественности, общеобразовательного предмета «Основы православной культуры».
